DANUBE.AT.UA
Загружаемся...
"Преступление и наказание" как полифонический роман идей - уроки - Каталог файлов - Рыбалка на Дунае

Меню сайта
 Главная  Статьи и видео  Форум рыбаков  Фотоальбом  Рецепты  Гостевая книга  Карта  Регистрация  Обитатели   Разное 
Наш опрос
какую рыбу вы предпочитаете
Всего ответов: 546
Статистика

у компа: 1
ушли на рыбалку: 1
рыбаков: 0
Главная » Danube » уроки

"Преступление и наказание" как полифонический роман идей                                                                                                                                                           
Автор публикации: Гость        Просмотров: 7533        Добавлен: 08.12.2016, 01:11              
.

"Преступление и наказание" как полифонический роман идей


Как и большинство русских романов XIX века, «Преступление и наказание» явля­ется философским романом. Определение «философский роман» — условное. Им обо­значают большое число романов Х1Х-ХХ веков, герои которых, решая конкретные вопросы собственной жизни, начинают сознавать их общий смысл, или авторы которых, рисуя конкретные ситуации и конкретных героев, открывают их универсальные смыслы и значения.

Философский роман одновременно является и романом морально-психологическим: предметом его изображения служат внутренний мир личности, вопросы нравственности, в процессе изображения происходит глубокое постижение психологии личности, главным критерием авторской оценки являются нравственные принципы.

Специфика «Преступления и наказания» как философского романа во многом определяется его полифонической природой. Теорию полифонического (многоголосого) романа Достоевского разработал М. Бахтин еще в 1920-е годы (первое издание его книги увидело свет в 1929 году), но она стала доступной и вошла в научный обиход много лет спустя (второе издание книги — 1963 год). По мысли ученого, особенностью романов Достоевского является «множественность самостоятельных и неслиянных голосов и со­знаний, подлинная полифония полноценных голосов». Говоря о «голосе», Бахтин имеет в виду особый статус героя у Достоевского: герой интересует писателя не как явление действительности, с социально-типическими определенными чертами, а как «особая точка зрения на мир и на себя самого»; «Достоевскому важно не то, чем его герой является в мире, а прежде всего то, чем является для героя мир и чем является он сам для самого себя». Читая роман, мы замечаем, что мир предстает в перспективе Раскольникова: это Раскольников слушает и переживает исповедь Мармеладова, узнает из письма перипетии Дуниной судьбы, видит пьяную девочку на бульваре. Иными словами. Достоевский по­казывает, чем мир является для героя, оскорбленного этим миром, возмущенного неправед­ностью его. Более того, не Достоевский описывает состояние Раскольникова, а Раскольни­ков своим «словом» и «голосом» раскрывает его: не писатель о герое, а герой о себе; он не объект, а полноправный субъект изображения.

Но у Достоевского каждый герой обладает своим «сознанием и самосознанием», «своей точкой зрения на мир и на себя в мире». Она есть у Мармеладова, у Катерины Ивановны, у Лужина, у Сони, у Свидригайлова, у Разумихина. у Порфирия Петровича, у Пульхерии Александровны. И все «голоса»-«сознания» этих героев не подчинены Раскольникову, а равноправны, самостоятельны и независимы от него и друг от друга.

Герой Достоевского — герой-идеолог, то есть человек, сливающийся со своей идеей, которая становится его страстью и определяющей чертой его личности. «Образ героя неразрывно связан с образом идеи и неотделим от него. Мы видим героя в идее и через идею, а идею видим в нем и через него». Кроме того, Достоевский открыл «диалоги­ческую природу идеи», которая становится идеей только в результате диалога с другой, чужой идеей или идеями. Об идее-теории Раскольникова мы впервые узнаем из пересказа Порфирием Петровичем его (Раскольникова) статьи, то есть узнаем через «чужое» утри­рующее и провоцирующее сознание, вызывающее Родиона на диалог. Раскольников, в свою очередь, излагает основные положения своей теории, а его все время перебивает репликами Порфирий Петрович. Раскрываясь в диалоге разными гранями, идея по-другому предстает в диалогах Раскольникова с Соней, и еще по-иному в изложении Свидри­гайлова во время разговора с Дуней. В итоге во всех этих диалогах вырастает сложный, противоречивый и объемный образ идеи Раскольникова. В результате роман Достоевского становится не романом с идеей, а романом об идее, о ее живой жизни в умах и душах людей. В полифоническом романе изменяется и авторская позиция по отношению к ге­рою. В романе монологического типа, толстовском например, автор знает о герое больше, чем тот о себе, и может сказать о нем завершающее слово. В полифоническом романе вынести окончательное суждение о себе может только сам герой. В таком смысле герой полифонического романа как бы берет на себя часть авторских функций монологического романа. Автор в полифоническом романе рядом и вместе с героями, а не над ними. Все это не означает, однако, что авторская позиция в романе не выявлена. Выявлена, но только другими способами, нежели в монологическом романе: не в авторском слове (по­вествовании), а в структуре романа, в ее ходах.

Полифонический роман — это новая страница в истории жанра, открытая Достоев­ским и оказавшая очень большое влияние на литературу XX века.

Двухчастность названия романа — «Преступление и наказание» — отражает две неравные части, на которые он распадается: преступление и его причины — первая, а вторая и главная — действие преступления на душу преступника. Эта двухчастность проявляется и в структуре романа: из шести частей только одна, первая, посвящена преступлению, а пять остальных — духовно-психологическому наказанию и постепен­ному изживанию Раскольниковым своего преступления.

 


a4format.ru

.